Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

Краткое пособие для тех, кто собрался на Чукотку.




  Мне повезло. Сфера моей профессиональной деятельности  и моё увлечение совпадают. Я работаю в турфирме. Но те кто думает, что туризм на Чукотке -  отрасль экономики: с отелями, развитой инфраструктурой, ресторанами, транспортом, готовым отвезти вас туда, где не ступала нога человека,  глубоко заблуждаются.  В этом посте я попытаюсь рассказать о наиболее часто задаваемых вопросах связанных с путешествиями по Чукотке,  дать характеристику некоторых понятий и помочь советом, как оптимизировать свой отдых на Чукотке. Если у вас появится желание приехать на самый дальний Северо-Восток нашей страны, оказаться в прямом смысле слова в другом мире, забыть, что существует Интернет, сотовая связь, котировки валют, телевизор, городская суета и прочие "радости" урбанистики  я готов поделиться с вами знаниями, опытом, дать рекомендации о наиболее интересных маршрутах,  а если у вас появится желание и возможность отправиться  в самое захватывающее путешествие на планету Чукотка.

Collapse )

Актуализированная версия


promo basov_chukotka июль 20, 2018 03:09 5
Buy for 100 tokens
Книга о путешествиях должна путешествовать. И она путешествовала - шесть часов ехала на машине из Нижнего Новгорода до Москвы. Затем семь дней на поезде из Москвы во Владивосток. Потом её погрузили во Владивостоке на сухогруз и десять дней она плыла по морю в Анадырь. Сколько книга о…

Город Пэ



Певек живёт прошлым и будущим. В прошлом - гордость, юность и счастье. В будущем - вера и деньги. Или вера в деньги. В большие деньги, которые можно заработать, срубить, распилить, освоить (каждому своё). Певек настоящего - это шарик застывший в точке бифуркации. Куда он покатится - в 90-е, когда "валить отсюда" или в "светлое будущее"? Всё говорит о втором пути, но родовая травма прошлого не заживает. "Всё говорит" и даже что-то делается, но счастье стоит за поворотом и ухмыляется. Глаза видят улучшения, но руки не имут. Сделано не для жизни, сделано для отчёта - это девиз современного Певека.
Певек - город вахты. Долгой, короткой, вечной, но вахты. Тут всё временное. "В Певеке только работать, тут жить нельзя", - говорит мне человек, который почти полвека живёт в Певеке. "Рано или поздно отсюда нужно будет уезжать".
Певекская "вахта" это два притока одной реки: "старожилы" и "понаехавшие". Певек уже не тот, говорят старожилы, тот прежний певекский дух выветрился. За два десятилетия его сдуло южаком. Даже девяностые, лихие, дурные, окаянные были целостней и правдивей, чем настоящее. Тогда нужно было выживать, преодолевать. Выживать певекчане умеют. Это земля сильных. Силу придает цель: коммунизм, план, выжить...Сегодня цели нет. Ни цели, ни смысла. Ну пригнали плавучую атомку, ну открыли ещё одну артель, ну построят новое здание, а в чем смысл? Это всё не про людей, это всё про деньги, большие деньги и амбиции, к которым певекчане не имеют никакого отношения. Нет сопричастности, а значит нет веры.
У Певека нет своего голоса и нет своего мнения. У вахты его быть не может. "Вы здесь для работы, а не иметь своё мнение". Даже у маленького села Рыткучи есть голос и есть мнение. Мнение может быть только у свободных людей. Певекчане не свободные, певекчане трудоустроенные. Певекчан нельзя назвать трусами, людьми которые чего-то боятся. Не боятся: знают, видят, говорят. Но только дома или между собой. Публично почти никогда. Вахта. У вахты есть начальник, который не любит разговоры.
Вахта не создаёт городскую среду, вахта - потребитель. Городская среда это в первую очередь горожане, не по прописке, по духу. Преемственность, ценности, традиции - это городская среда. Городской менталитет создаётся поколениями. Откуда в Певеке с девизом "Отработал - уезжай" взяться поколениям? Есть в Певеке люди искренне любящие город, есть люди не потребители, а созидатели, но и у них вахта. Быть может вечная, но вахта.
Певек это два города - город заборов с колючей проволокой и город людей. Полгорода - запретная зона: ТЭЦ, атомка, артели. Они кольцом опутали город людей. "Город людей" это архипелаг трёх жилых районов: Коса, Геолог, Пятый. Между "островами" - "моря" или дикие поля пустырей. Круче Певека в разорванности городских коммуникаций, на Чукотке, только Угольные Копи. Урбанистический пунктир накладывает отпечаток на жизнедеятельность и создаёт максимальные сложности в организации комфортной городской среды. Жизнь "на районе" это про Певек.
Певек, как женщина с пятым размером груди: гордость и внимание окружающих в молодости и раздражение и неуместность в зрелом возрасте. Что делать с "обвисшими грудями" - огромной городской территорией, не понятно.
Столичный "бездельник" Анадырь, с тотальным дефицитом площадей и околомосковской стоимостью сотки и квадратного метра, со слезами на глазах смотрит на певекские долгострои и пустоши Смауга. Он, Анадырь, нашел бы им применение, тем более по таким бросовым ценам. Но у Певека жёсткий "недобор в весе". На площадях, где раньше проживало около 15 тысяч человек (13 по статистике, 17 по народной молве), сейчас проживает около пяти тысяч. Пять тысяч это промежуточное состояние между большой деревней и маленьким городом. При таких амбициях и площадях Певеку нужны люди, чтобы запустить машину экономики, хотя бы на малую мощность. Но людей взять неоткуда. Певек не привлекателен для жизни. Нет бассейна, Дома культуры, спортзалов, театров, торговых центров и прочей культурно-досуговой жизни. Есть имитация всего этого- квазиструктуры и малые формы. Зарплаты тоже не велики. Более- менее достойная жизнь в Певеке это зарплата хотя бы в районе 150 тысяч (чего разумеется нет у большей части горожан). Достоинство такой зарплаты только в еде, коммуналке и одежде. Ну ещё раз в два года съездить в отпуск, где можно шикануть. А потом, вернувшись, надеть лямку и встать в круг трудовой сансары, чтобы в полудрёме доживать до старости.
Тогда почему здесь люди? Не те которые приехали на атомку, в старательские артели и горнорудные предприятия, а те 3-4 тысячи, кто не уехал в 1990-е? Речь точно не про деньги и не про то что некуда. И не про комфорт и землю обетованную. И уже давно не про "северное братство". Почему они здесь 20, 30, 50 лет? Да, они мыслят "вахтой", да они пытались уезжать и даже уехали, но вернулись. Я спрашивал, но не услышал. Не потому что не смог, потому что они сами не знают. Знают лишь что однажды, где-то на материке, где тепло, хорошо и уютно, увидев в небе самолёт они выйдут из оцепенения и сердце аритмично выбьет: "Чукотка, Певек, домой".
Солнце медленно сползло за Роутан и красно- фиолетовыми ресницами посмотрело на Певек. Певек в две трубы курил уголь, выпуская сизый дым почти ровными столбами в небо. Прикидываясь круизным лайнером, на приколе стоял "Академик Ломоносов", иллюминировав себя желтыми гирляндами фонарей. Мандариновым цветом сиял длинный пустынный певекский променад. Одинокое баскетбольное кольцо, поймав последний взгляд солнца окрасилось в тёмно-синий цвет.
Ещё один день вахты закончился....




Найди свою лунку





Февральская корюшка - это лотерея. Приехал на рыбалку, огляделся. Здесь стоят, там стоят, а вон там дёргают - ловят значит. Подошёл, забурился метрах в двадцати, чтобы соблюсти правила приличия - социальную дистанцию рыбака. Ну, думаешь, сейчас начнётся. Весь в предвкушении: мысленно представляешь как дергается леска и тянешь не тяжёлую, но приятную добычу. Не клюёт. Ладно, ничего страшного, рыба должна "принюхаться", понять что и здесь вкусная наживка есть. Сосед, тот рядом с которым забурился, уже третью достаёт. Ничего-ничего, сейчас, вот не успею сигарету выкурить... Выкурил уже три и ни одной поклёвки. К чёрту приличия, ещё две лунки пробурил ближе к удачливому рыбаку. Удачливый уже десятка два или три поймал, а у тебя ничего. Рядом сидят такие же неудачники. У кого одна, у кого три корюшки. Все искоса смотрят на "дёргающего" и тихо его ненавидят.  Уже и подражали ему дёргая удочку в такт его движениям, и наживку меняли, и с психу, как бешенные, дёргали удочку так, что кажется лосось нагуливающий жир в море, за тысячу километров от Анадырского лимана услышал колебания мормышек. Всё впустую. А Этот, которому видимо в детстве в руки насрали, стоит и планомерно вытаскивает одну за другой.

Иной раз, Этот, приезжает на рыбалку не один и не молчит, а начинает успокаивать и подбадривать друга, мол не переживай и на твоей улице будет праздник. И как после таких слов у него дыры от лазерных взглядов рыбаков-соседей не появляются? Если бы не было Этого, то всё было нормально: ну не клюёт рыба - погода, давление и прочие непонятки. На душе спокойно. Но нет же. Ты же видишь, что рыба есть. Это у тебя её нет. Проклятый ты что ли? Рыбак-неудачник? Самооценка в такие моменты у мужчин рыбаков падает, наверное ниже чем у женщин которым изменили.

Посидев два-три часа и избурив по периметру Этого штук десять лунок, плюёшь на всё, сматываешь удочки и домой. Проезжая мимо рыбаков, а они длинной узкой колбасой вытянулись параллельно берегу, замечаешь небольшую группку. Вроде таскают. Не часто, но машут. А, была-не была, попробую здесь, а потом с чистой совестью домой. Пробурился, опустил удочку и минут через пять клюнула. Потом ещё и ещё. Нет, со мной все нормально. Улыбаешься бросая взгляд на растущую кучку рыбы. Оп, снова клюнула. И уже возле тебя начинают забуриваться соседи. Но тебе некогда на них смотреть - клюёт же. Через какое-то время, когда немного устал от "маханий", оглядываешься: а уже никого нет рядом. Не переживайте, друзья, будет и на вашей улице праздник. Главное - найти свою лунку. 

Политическая карта Чукотки



Если представить что жизнь общества или общественное устройство это дом, то фундамент дома это образование, стены - медицина, культура - электричество. Продолжая эту ассоциативную цепочку рано или поздно нам нужно будет с чем-то сравнить политику. С чем-то очень нужным, но грязным, о чём в приличном обществе не принято говорить.

Канализация!

Пока канализация исправно функционирует её не замечаешь и говорить о ней с жителями дома –моветон. Но как только канализация испортилась: забилась или перемерзла ни о чем другом, кроме как о канализации жильцы дома уже говорить не будут. Каким бы ни был просторным дом, какие бы в нём ни были замечательные интерьеры и блага вонь неработающей канализации проникнет всюду.

Как исследователь Чукотки, дома в котором живу, я не могу не обследовать канализацию, которая по всем признакам витающим в воздухе, кажется перемёрзла.