Category: россия

Category was added automatically. Read all entries about "россия".

Чукотка: ничего лишнего




Мы едем на снегоходах: я и мой друг.  У нас Экспедиция, у нас есть Цель. Эта цель далеко, анадырские туда не ездят. Туда вообще мало кто ездит. Потому что далеко, больше полутысячи километров в одну сторону. Нам чертовски везёт с погодой: в самых радужных планах к Цели мы должны ехать три дня. Но мы наглые и самоуверенные хотим доехать за два. Да и как тут не быть наглым, когда стоит Такая погода! Такую погоду ещё нужно вымолить.

Мы едем. Туда куда мы едем я уже был - на лыжах ходил. Любоваться видами не приходиться - зрение работает в тоннельном режиме, есть только вектор твоего движения и общий фон. Но мозг всё равно сканирует пространство отмечая знакомые сопки и тундры: тогда здесь было так, а вот здесь вот эдак. Впрочем так и эдак, тогда тоже было фоном. В памяти остался  ветер. И заструги. От этих треклятых застругов начинает болеть душа. Душа болит за ходовку, как она там бедная? Но снежики, ударяясь об очередной заструг, уверенно едут. Чтобы не сойти с ума от мыслей за ходовку мы выпиваем. Алкоголь снимает панические техноатаки. Водка переадресовывает акцент внимания с "внутренних голосов" на поиск пути.

Потом заструги пропали и наступила серость - сумерки. Но мы ещё не знаем, что впереди нет застругов, потому что ни черта не видно. Это как в школе, когда ты пытаешься бегать в учебных классах - дури много, но не разгонишься, а потом, когда ты добрался до спортзала, вдруг выключили свет. Беги - не хочу, не споткнёшься... Едем в слепую. Ровно, не трясёт. Потихоньку прибавляю газ. Ровно. Довёл до сорока. Ровно. Ровно, но страшно, а вдруг... Тыдыщь, снегоход вздрагивает. Наехал на заструг. Сбрасываю газ, но дальше снова ровно. Выжидаю какое-то время и снова давлю на газ. Езда в слепую это "прыжок веры", веры в то...нет, тут сложно вычленить во что, просто веры.

Три минуты, полёт нормальный....и снова тыдыщь. Так и едем от "тыдыща к тыдыщу". Они, эти редкие заструги-барьеры заземляют. Иначе полный космос. Остановки всё реже. Время застыло и превратилось в кисель. Оно уже не течёт, оно "падает" кусками пройденных километров. До Цели уже близко, километров тридцать. Впереди появилось мерцание - это фара. Мерцание еле заметное, но это уже хорошо, скоро стемнеет и будет виден путь. Мозг оживился и пытается следить за этим блёклым мерцанием.

Неожиданно, сопка впереди озарилась красным светом. Оборачиваюсь. Нет, у друга фары такого же бело-желтого цвета, да и не могут они "бить" так далеко. В ту же секунду взгляд поднимается выше. Там, на самой вершине сопки, в серо-матовом небе, невесть откуда появилось красное солнце. Мы останавливаемся и провожаем его заход. Всё становится нелепым и детским: наш путь, усталость, цель... Солнце садится. Катарсис. Торжество момента. По инерции, мы друг другу пытаемся что-то сказать, но в сказанном нет никакого смысла. Солнце садится, тут и без слов всё понятно...
promo basov_chukotka july 20, 2018 03:09 5
Buy for 100 tokens
Книга о путешествиях должна путешествовать. И она путешествовала - шесть часов ехала на машине из Нижнего Новгорода до Москвы. Затем семь дней на поезде из Москвы во Владивосток. Потом её погрузили во Владивостоке на сухогруз и десять дней она плыла по морю в Анадырь. Сколько книга о…

Алькатваам: 70 лет спустя исхода

Алькатваам стоит на реке. Алькатваам льётся песней. Такой же протяжной, как чукотские пурги. С началом пурги я и приехал в село.

Село крохотное, всего с десяток жилых домов и чуть больше 200 душ населения. "Ту деревню минут за десять обойти можно", - часто слышу пространственную характеристику чукотских посёлков. Что уж там Алькатваам? Анадырю, городу с 15 тысячами населения "выделяют" всего час-полтора на осмотр. Но в Алькатвааме и трёх дней мало. Потому что село это не столько строения, сколько люди. Банально. Но, со временем понимаешь, что нет ничего увлекательнее, чем история людей проживающих на определённой территории.

 В 1953 году было принято решение о строительстве национального села около крупного горнодобывающего центра - Беринговского. Если точнее, то переселении жителей из села Туманского на реку Алькатваам. Проще снабжение и сбыт оленины. В тот сталинский год, жители Туманского пешком и на оленьих аргишах совершили перекочёвку в сто километров. Среди туманских была и Елена Ивановна Нутекеу, ей тогда было 12 лет. Сегодня она старейшина села.  Удивительный человек. И не из-за возраста, а энергии, которую она излучает. Нутекеу уже ничего не слышит. В тетрадке я записывал вопросы, на которые она отвечала.

Нутекеу из другой эпохи. Той эпохи, когда люди двигали горы руками. Артефакты той эпохи на Чукотке вызывают недоумение и восторг: как они это смогли сделать? Вера и "надо" - два волшебных слова, благодаря которым люди ещё живут на Чукотке. Вера в светлое будущее, которое надо делать через не могу. Удивительной была та эпоха, когда образование было привилегией и целью. Нутекеу хотела стать учительницей, но у неё был туберкулёз. Вера и "надо" вторят чудеса. Она сумела победить туберкулёз и стала учительницей...

Село Алькатваам. Семьдесят лет спустя исхода...

Остановимся на Карла Маркса



Ленинской топонимики на Чукотке много - в основном это улицы. А вот основоположнику коммунизма не повезло, в его честь, на Чукотке ничего не назвали. Почти ничего. По пути из Алькатваама в Мейныпильгыно есть ущелье с приметным останцом, который очень похож на Карла нашего Маркса.

- Нос вот только осыпался недавно, а раньше один в один Крал Маркс, - говорит мне мейныпильгынец Валера.

Кто был автора топонима не известно, скорее всего геологи, но прижилось название прочно. Карла Маркса - место живописное, но дрянное: чуть потеплеет - наледь.

Мне в эту поездку повезло, Карл Маркс пропустил. Туда и обратно. 

Огни большой Хатырки

Чукотка. Далеко и холодно. Но даже у самого северо-восточного региона России есть юг. Юг Чукотки это Хатырка. О Хатырке на Чукотке знают все. Хатырка это корюшка-зубатка и почти Камчатка, до которой рукой подать - всего 40 километров. Конечно это не та Камчатка, с вулканами, гейзерами и "Авачей белой проплывая". Та Камчатка, до которой с Хытырки рукой подать это Корякия - горная страна. Корякское нагорье начинается в 100 километрах южнее Анадыря и чтобы попасть в Хатырку придётся ехать вдоль и по этой стране три сотни километров. И я ехал. На снегоходе. Сначала один по зимнику до Беринговского, потом с попутчиками-снегоходчиками до Мейныпильгыно. Заключительный этап до Хатырки снова "в одну каску".

- Вдоль берега мы ездим, там увидишь, - сказали мне в Майне.

И я поехал. Так обычно не делают, в "одну каску", но если очень надо... Мне надо. Надо в Хатырку, снять видеорепортаж. С Майны до Хатырки всего-то 120 км. "Всего" для местных матёрых снегоходчиков, тех кто с закрытыми глазами может проехать этот путь и для материковских, для которых расстояния измеряются степенью нажатия педали акселератора. Я ни к тем, ни к другим не отношусь. Но у меня есть цель - Хатырка и вера, что обязательно доеду. Символы веры - навигатор и спутниковый телефон. Четверть сотни километров пути - песня. Песня про Ваамочку. Длинная коса Ваамочки, от взлёта в небо по которой, останавливает природный страх снегоходной скорости и небольшие заструги. Ехать одно удовольствие: с одной стороны открытое море, с другой стороны хаотично-правильные горы Мейныпильгынского хребта. Правильные, потому что горы должны вызывать: желание, страх, уважение, благоговеяние и десяток других эмоций. Майнинские сопки вызывают.  И почему я сейчас не там? Почему не июль?

"Взлетная полоса" ваамочкинской косы заканчивается тупиком - невысокой сопкой. Дорожным знаком, возвещающим и предвещающим тупик черно-бурым эйфелем сигнализирует буровая. Техноген в тундре, особенно заброшенный - прекрасен. В нём видимая история людей. В нём вызов и неизбежность. Книга тундры, с реками, горами, равнинами, читается не так явно. Да и не книга это вовсе - кино, в котором человек всего лишь зритель-наблюдатель. И в этом кино мне нужно было решить куда ехать: вдоль моря или уходить в сопки? Вдоль моря прижим - сопки мочат подошву. Летом, в отлив, народ ездит именно здесь. Но сейчас зима, как там? Наверчено-заторошено или есть путик? Следов нет, поэтому ухожу в сопки. Нужно параллельно морю объехать этот мелкосопочник и "упасть" в речную долину. Спустя двадцать километров вдали увидел нечто похожее на палатку, а чуть в стороне мелкий чёрный песок на склоне бугра - стадо!

Не мы выбираем путь - путь выбирает нас. Мне хотелось попасть в единственное на Чукотке частное фермерское оленеводческое хозяйство, которое появилось пару лет назад. Хотелось, но нужно было в Хатырку. Так уже было со мной однажды, когда вот так случайно наткнулся на единственных провиденских оленеводов. Самое смешное, что специально будешь искать не найдёшь, а так...

Миха, единственный оленевод, дежурит в стаде недавно - "всего" 4 месяца. По оленеводческим меркам, стадо возле посёлка - всего 40 км. Стадо - громко сказано, около 180 голов, так, кусок. Хотя у некоторых бригад "куски", так называют отколы от стада, больше бывают. Каким-то чудесным образом, недалеко от своей стоянки, Миха нашёл заветный бугор, с которого ловит мобильная связь с Майной. Счастливчик. Фермерское хозяйство - это простая брезентовая палатка с печкой. "Думал сдует нафиг" - улыбаясь сказал Миха, про позавчерашнюю пургу. Сам Миха не фермер, наёмный работник: собачьи условия в обмен на достойную зарплату. По слухам, со слов односельчан, ЗП аж 80 тысяч! Неслыханные деньги для села. За эти деньги можно и в палатке зимой пожить.

Очень хочется подольше пообщаться с Михой и пожить пару-тройку дней в "бригаде", но мне надо, надо в Хатырку. Миха объясняет как выйти на зимник. Ныкепеглян - живая река. Очень не хочется врюхаться. Ногами щупаю снежные мосты. В одном месте  "мост" подо мной ухает и просаживается сантиметров на 20, ровно на столько же уходит вниз сердце. Долина позади, подъехал почти к самому берегу, где зимник? За очередным бугром, почти у самой кромки заветные следы. Несколько часов назад из Хатырки в Майну выехали три снегохода. Много снега, путик глубокий. Снегоход идёт натужно, периодически накреняясь то на один, то на другой бок - просаживается. Но много снега для снегохода - праздник. Это лучше, чем заструги и "бетоноснег".

Вечереет. Сумерки замыливают зрение - самое поганое время для езды. Но мне надо, надо в Хатырку. Спуск с очередного бугра приводит к реке с наледью изрезанную следами снегоходов и "Трэкола". Щупаю речку ногами. Лед вроде держит. Пролетаю, дальше уже без рек. Как позже выяснится - это речка Безводная, в которой, разумеется, вода появляется раньше, чем в других реках. Останавливаюсь на последнем бугре перед широкой куимско-хатырской поймой. Налившееся кровью солнце опускается за сопки. До Хатырки ещё далеко, километров 30, но я точно знаю, это хатырское солнце. Дальше всё будет хорошо...




Мейныпильгыно

Из всех названий чукотских посёлков - Мейныпильгыно, пожалуй, самое труднопроизносимое для человека не с Чукотки. Впрочем, хотя большинство жителей Чукотки легко произносят этот топоним, в быту оно произносится редко. Мейныпильгыно это Майна. Майна понятна всем от китайцев до немцев.

Рад представить очередной видеорепортаж краеведческого проекта "Вся Чукотка" - Мейныпильгыно.

Тысяча чукотских километров




Я уже дома. Но тело продолжает ехать. Чуть больше тысячи километров на снегоходе, чтобы снять репортажи про четыре чукотских посёлка: Беринговский, Мейныпильгыно, Хатырку и Алькатваам. Это южная Чукотка и там, на юге, уже открытое море, чайки и весна. Там, на юге Чукотки Корякия - потрясающее по красоте Корякское нагорье.

Но больше всего меня поразили и впечатлили не горы и море, а люди. Люди это вообще самое замечательное что есть на Чукотке. Уже скоро я расскажу и покажу людей южной Чукотки, а пока хочется выразить огромную благодарность всем, кто помогал мне в этом путешествии.

П.С. В Анадырь снова вернулась зима, -25, однако.

Большой палец чукотских километров




Зачем зимой мужчине на Чукотке большой палец? Да, чтобы давить гашетку акселератора на снегоходе. Ну и ещё чтобы подавать знак товарищам, что всё нормально, можно ехать - в шлеме перекрикивать работающие снегоходы, не вариант.

Хорошо, когда много снега и он ровным слоем покрыл тундру. Но на побережье о ровных поверхностях можно только мечтать. Ветер делает не только погоду, но и формирует ландшафт. По крайней мере зимний: выдувает, тромбует и взъерошивает снежное одеяло по своему разумению, создавая треклятые заструги. Заструги и для тихохода лыжника ещё та неприятность, а для техники и вовсе проклятье, они насилуют подвеску и вытрясают душу.

И всё это мироздание - техника, снег, желание путешествовать и ехать "встречь или супротив солнца" связывает большой палец, усилие нажатия которого определяют твое место в пространстве, ощущение реальности и ещё целый чемодан эмоций. А палец, хоть и большой, но слабый. Ну что мы им в обычной жизни делаем? По большому счёту ничего, так, фиксируем взятое в руки. Ну, максимум, кнопки канцелярские вдавливаем.  При езде на снегоходе большой палец работает больше остальных частей тела. Особенно при езде по застругам и другим снежным неровностям.

Есть десятки способов расположения пальца на гашетке, от первой фаланги до кистевой подушки, но один хрен, часов через шесть подобных упражнений, тремор разных степеней амплитуд обеспечен.

Но разве тремор, когда-нибудь, кого-нибудь останавливал?

Коронавирус: цензура в соцсетях и балбесы во власти

Не поддавайтесь панике, нет повода для беспокойства, всё под контролем - как только гражданин нашей страны слышит подобные лозунги он точно знает - нужно паниковать, повод для беспокойства есть и ни черта у них не под контролем. И не потому что "баба-яга против", а потому что вековая мудрость, основанная на опыте, говорит об этом. Впрочем и незачем в седые века лезть, за последние 25 лет мы все неоднократно в этом убеждались.

Странные, на первый взгляд, и вполне типичные события происходят на Чукотке связанные с коронавирусом.

Информационная хроника.

В пятницу ночью (с 13  на 14 марта) в Анадырь, с рудника Купол, доставили человека с подозрением на коронавирус.

14 марта (полдень) официальный аккаунт Чукотского АО в Инстаграмм Chukotka_2day - публикует пост, со ссылкой на руководителя Роспотребнадзора по Чукотскому АО, о доставке в окружную больницу пациента с подозрением на коронавирус.
14 марта (17:15) группа "ДПЧ" Вконтакте делает перепост новости Chukotka_2day
14 марта (21:42) правительственный новостной портал "Прочукотку.ру" публикует расширенную новость о доставленном пациенте, иллюстрируя публикацию фотографией с больным в боксе на борту вертолёта.

После публикации  на портале "Прочукотку" новость подхватывают федеральные СМИ. На интерактивных картах распространения коронавируса появляется информация о случае заболевания на Чукотке.

Вопрос №1
Зачем нужно было публиковать официальную информацию о пациенте с подозрением на коронавирус? Ведь это всего ПОДОЗРЕНИЕ.

Два варианта почему это сделали:
- Либо настолько бестолковые люди во власти, что не понимают что информация о заболевании, которому уже был присвоен статус пандемии будет истолкована ровно так, как была истолкована. Тем более, что анализы (пусть и предварительные) дали положительный результат. Ещё тем более, что тут же сообщили, что есть и второй человек с того же предприятия, у которого выявили положительные анализы на коронавирус.
- Либо за всё время, что болезнь распространяется по миру, у нас в России целом, и на Чукотке в частности, не выработан протокол мероприятий. По крайней мере в информационной сфере. Об этом говорит факт фотографирования на борту вертолёта человека с подозрением на коронавирус.

Без фотографии человека в вертолёте лежащего в боксе с ПОДОЗРЕНИЕМ на коронавирус и официальной информации в правительственных СМИ - никто не знал бы, что в окружной больнице есть пациент с подобным подозреваемым диагнозом.

16 марта в четвёртом часу утра я опубликовал пост про коронавирус на Чукотке. Информацию брал из официальных и открытых медиа источников. На интерактивных картах распространения коронавируса, которые составлялись по данным Роспотребнадзора, на Чукотке был один заболевший.

А потом начались чудеса. Сегодня "Вконтакт" удалил пост про коронавирус с моей страницы. В ФБ и ЖЖ они остались. Тема, которую я поднял, касалась не самой болезни, а алгоритма действий компетентных служб:

Вопрос №2.

Почему человека с подозрением на коронавирус, прилетевшего на рудник из Магадана доставили в Анадырь, в то время, как контактёров отправили в Магадан? Тем более, что самые точные анализы делаются в Новосибирске. Тем более, что из Анадыря прямых рейсов в Новосибирск нет, а из Магадана есть. И из Магадана самолёты летают каждый день, а из Анадыря только по будням и частота рейсов минимальная (два рейса в неделю в Москву, один рейс в неделю в Хабаровск и Магадан). И ещё тем более, что все знали прогноз погоды - Чукотку накрыло циклоном и происходят отмены рейсов. Так и получилось, что анализы в Новосибирск, человека с подозрением на коронавирус, попали в Новосибирск, только 18 марта, т.е. через 4 дня после госпитализации в окружную больницу.  Ну и совсем обескуражила новость с того же официального портала "Прочукотку" Когда лаборатория сможет дать своё заключение пока не известно. В НПО "Вектор" сейчас поступают положительные анализы экспресс-тестов со всей страны, поэтому время их обработки зависит от очереди и других факторов.


Но больше всех "порадовала" администрация моего любимого и родного Провиденского района, которая в месенждерах распространила скрин моего поста с надписью "Фейк" (есть подозрения, что инициатива исходила из окружного правительства и в других районах могут появится такие же "опровержения"). Провиденской администрации больше стоит беспокоиться о канализации, которая из инфекционного отделения районной больницы уже несколько лет течёт через септик на дорогу, и о больнице, в которой без христования и "боже спаси и помоги" не зайдёшь, о туберкулёзе, который прогрессирует в районе, об отсутствии врачей по многим профилям, а не о том, что написал блогер Басов. Это я молчу про коррупцию, кумовство и не профессионализм в Провиденской администрации.

Отсылаю всех причастных к публикации этой "фейк-карикатуры" к крылатой фразе министра иностранных дел Сергея Лаврова....



Первый пост о ситуации с короновирусом на Чукотке был написан из данных взятых в официальных СМИ и открытых источниках, которые ссылаются на Роспотребнадзор. Загуглил сегодня интерактивные карты распространения коронавируса  - значок с надписью "заболевшие" с Чукотки уже снят. Но к примеру, в статье на сайте РБК, который также ссылается на Роспотребнадзор, по-прежнему, говорится об одном заболевшем на Чукотке. В связи с тем, что изменилась информация на интерактивных картах свой изначальный пост я скорректировал.

Тем временем.

Портал "Прочукотку" сообщает:
"«Никакого больного де-юре у нас нет! У нас лицо с подозрением на коронавирус, только с подозрением. Лицо вывезено с рудника "Купол" в изолирующих носилках санитарным рейсом 13 марта, его доставили в инфекционное отделение Чукотской окружной больницы. Данный пациент помещён в бокс – это помещение, куда никто кроме персонала не может зайти или выйти, персонал обучен и защищён, работает в специальных костюмах. Пока вирусологическая лаборатория НПО "Вектор" в Новосибирске не подтвердит диагноз, ни о каком случае коронавирусной инфекции на территории Чукотского автономного округа мы не говорим!», – сообщил руководитель управления Роспотребнадзора по Чукотскому АО Антон Семенихин.

Но в то же время
Первый мужчина с подозрением на заболевание сейчас является единственным пациентом инфекционного отделения, остальных перевели в больницу посёлка Угольные Копи (уже два пациента с подозрением). Инфекционное отделение окружно больницы - отдельно стоящее здание, полностью закрыто на карантин. Посёлок Угольные Копи находится в 15 км от Анадыря.


Выводы.

Катализатором слухов и домыслов насчёт коронавируса на Чукотке явилось окружное правительство, которое не смогло/не сумело организовать доставку больного, с подозрением на коронавирус в окружную больницу, без фотосессий и разглашения информации среди сотрудников, а позже спустя 12 часов само опубликовало официальную информацию, которая фривольно разошлась по федеральным СМИ, что вызвало ещё большие слухи и домыслы. 

Не Рытхэу: были и небыли Чукотской земли




Жизнь на Чукотке проистекает в двух агрегатных состояниях: ждать и догонять. Ждут не только погоды, но и Момента, который, как откровение должен снизойти на человека из-вне. Объяснить в чём заключается Момент сложно, это может быть приказ, вдохновение, знак свыше или просто "чувствую, ей самой чувствую". Потом гнать, через не могу и вопреки.

Жизнь на Чукотке очень русская. Русская по духу: взрывная, но короткая бурная деятельность и апатичная, порой необъяснимая длительная бездеятельность. И никакому Штольцу в период бездеятельности не достучаться до Обломова.

Жизнь на Чукотке сказочная. Все самое интересное случается, когда человек покидает свой Дом и уходит за Предел. За Предел почти всегда уходят мужчины, потому что Чукотка - ярко выраженная гендерная страна. Но почти всегда за этот самый Предел мужчины уходят ради женщин. Именно в тот момент, когда мужчина покинул свой Дом, начинается История.

Но вот ведь незадача, как только мужчина возвращается Домой, История, словно бусы, рвётся и разлетается бисер странствий по чукотским тундрам, закатываясь в балки, перевалбазы, метеостанции, в кабины машин и вездеходов дальнобойщиков и яранги оленеводов. Дома, мужчина говорит своей женщине короткое и бесцветное, как порванная нить от бус: "Всё нормально, вернулся".

Многие годы, путешествуя по тундрам Чукотки собирал я обрывки историй-бусинок. Собирал и не знал, что однажды, когда не надо будет гнать, возьму нить и нанизаю на неё бусинки собранные в тундре. Бусинок окажется много, а времени бездействия хватит на то, чтобы собрать несколько бус. Но время бездействия, не бесконечно, окончив работу в холодном, но уже солнечном месяце марте, я собрал все бусы и дарю их женщинам, живущим на Чукотке. Потому что мы-мужчины на Чукотке ради них и для них.

- Оплошал ты автор, - скажет читатель, - Неказистые у тебя бусы вышли и дарить их нужно было 8 марта.
- Согласен, - отвечу я, - Не Рытхэу, но искренне.



П.С. В книгу вошло 11 рассказов, около 50 рисунков художницы Надежды Пушкарёвой и три карты-путешествий героев, которые нарисовал мой сын Дмитрий - 163 страницы чукотских былей-небылей. Все дизайн-макеты моих книг традиционно делает Вадим Матвеичев, также как и печатаются все мои книги в Нижнем Новгороде, в типографии ООО "РИММИНИ".

Ещё раз хочу выразить огромную благодарность всем, кто помог морально и материально в издательстве этой книги. В ближайшее время книги вновь начнут путешествовать, на этот раз с Чукотки в разные города нашей страны.

Приобрести книгу можно написав мне в личку или на мэйл bars1978@list.ru. Стоимость книги с доставкой - 700 рублей. Если, прочитав любые три рассказа, вы скажете, что книга вам не понравилась и дальше читать не будете, я верну деньги. Самонадеянно, но уверен, что "Не Рытхэу" вам понравится.

Коронавирус добрался до Чукотки?

Если представить, что Россия кинотеатр, то Чукотка это верхний ряд - места для поцелуев. Выше, то есть дальше Чукотки, никого - вся страна как на ладони. Сверху всё видно: и экран - Москву, и нижние ряды - остальные регионы страны. Смотришь, переживаешь, иногда и злорадствуешь, не без этого: мол яблоки у нас не растут, но и "всех благ цивилизации", которые непрерывно транслируют в криминальной хронике, тоже нет. Тихо на Чукотке - тепличные условия. Только холодно иногда. Из всех новостей, будоражащие общественность - собачьи свадьбы.

И тут, как в былинах старорусских - пришла беда откуда не ждали.  В пятницу ночью, с рудника "Купол", что в 400 км от Анадыря, на вертолёте в окружную больницу был доставлен человек с подозрением на короновирус.

В конце февраля заболевший прилетел из Италии в Москву, затем транзитом через Магадан на чартерном рейсе прилетел на рудник. Основной поток вахтовиков на "Купол" летит из Магадана. На руднике заболевший находился чуть меньше двух недель, после чего его санавиацией доставили в Анадырь.

А дальше одни вопросы. Зачем заболевшего привезли в Анадырь, если на вахту он прилетел из Магадана? Да, рудник расположен на Чукотке, но главный офис и основная авиалогистика "Купола" из Магадана. Возможно, что вахтовик родом с Чукотки (об этом информации нет), но ведь в Магадане гораздо больше объектов здравоохранения и врачей, чем в Анадыре. И авиасообщение с Москвой, в случае экстренной эвакуации, доставки препаратов или анализов, в Магадане гораздо чаще, чем в Анадыре.

Самым страшным явлением на Чукотке, в давние времена были эпидемии инфекционных заболеваний. Их последствия были губительнее, чем эпидемии чумы в средневековой Европе. Не в количественном, а в процентном отношении - вымирало всё стойбище. Соседи, узнав что кто-то заболел - объезжали стороной инфицированное поселение. И после гибели жителей стойбища, на протяжении как минимум одного поколения это место было табуированным. С тех пор медицина совершила революционный скачок. Но общая тенденция - компактное изолированное проживание, на Чукотке сохранилось.