Евгений Басов (basov_chukotka) wrote,
Евгений Басов
basov_chukotka

Categories:

Торец России: с 1991 года до наших дней




Период в истории Чукотки, который начался с развалом Советского Союза и продолжается до наших дней делится на две части: период кризиса и период стабилизации. С моей точки зрения это именно один исторический период, хотя и очень разный по своему внутреннему содержанию. Отличительной особенностью этого периода является непосредственное подчинение Чукотского АО федеральному центру. Статус самостоятельного субъекта, Чукотка, за всю историю её существования, получила впервые.  Процессы, происходившие на востоке Чукотки, с одной стороны носили общечукотский характер, с другой стороны, имели принципиальные отличия.



"Время перемен": 1991-2000 гг.

 Парад суверенитетов, торжественным маршем шагавший по стране, неожиданным образом дошагал до Чукотки.  Ничто не предвещало, что у самой дальней и малонаселённой советской окраины есть политические амбиции.  В начале 1990-х гг чукотские депутаты заговорили о независимости от магаданской метрополии и создании Чукотской Советской Социалистической Республики. Верховный Совет СССР немало удивился подобной самостийности и вежливо отказал Чукотке в праве на независимость. Но мысль была не только сформирована, но и закрепилась в головах чукотской номенклатуры, поэтому когда Союз распался, Чукотский АО, в 1992 году получил право на выход из состава Магаданской области. Это было единственное самостоятельное политическое решение за всю историю региона. Ни до, ни после, ни власть, ни представители народа  самостоятельных решений, касательно внутренней и "внешней" политики развития региона принимать больше не будут.

Примерно с 1993 года с Восточной Чукотки начался массовый отток населения. Буквально за 5-6 лет население уменьшилось вдвое. В первую очередь побежали приезжие специалисты из сёл. За ними потянулось приезжее население компактно проживающее в Провидения, Уреликах и Лаврентия. Продовольственный кризис усугубился хроническими невыплатами заработной платы. Добил, итак не веселое положение дел - энергетический кризис: почасовое включение электричества, заморозка систем централизованного водоснабжения. Отрасли, которые "вывозили" экономику: Провиденский морской порт, оленеводство, звероводство, кожзавод, либо обанкротились, либо находились в предбанкротном состоянии. За несколько лет исчезли все подсобные хозяйства (коровники, свинарники, теплицы) Зверофермы, которые были почти во всех сёлах остались только в Лорино и Инчоуне. Некоторые оленеводческие совхозы полностью исчезли, а те которые остались потеряли оленепоголовье на 50-70%. СевМорПуть де-факто прекратил существование. Воинские части расформировывались или передислоцировались в другие регионы. Самую большую "подлянку" сделали пограничники, которые передислоцировали штаб своего Управления из Уреликов в Анадырь, за 500 км от границы. Провидения потеряло крупного налогоплательщика и потребителя.

Но во всем этом политико-экономическом коллапсе, именно Восточной Чукотке единственной в регионе выдался шанс на выход из кризиса (или его смягчение) и строительство новой экономической модели. В конце 1980-х годов на Восточной Чукотке рухнул "железный занавес": начались контакты с американцами. Аэропорт Провидения получил статус международного и начался период "мир, дружба, жвачка". Начало положила политика. В конце 1980-х годов в Провидения прилетела американская делегация во главе с губернатором Аляски. Дальше контакты продолжилось в социальной и  образовательной сферах, коммерции и религии (миссионеры баптистских церквей). И уж совершенно неожиданный аттракцион щедрости - подписание межправительственного соглашения о безвизовом посещении чукчами и эскимосами США и американскими эскимосами Чукотки. Не смотря на то, что получить разрешение на безвиз было почти так же сложно, как и визу, которую нужно оформлять во Владивостоке - это было революционное событие. Местные жители не часто, но регулярно на моторных лодках начали посещать остров Св.Лаврентия, до которого из Провидения чуть меньше 100 км. Сливки с новой политико-экономической ситуации, разумеется снимала, бывшая партийная партноменклатура и аффилированные с ними лица. Но несмотря на большие перспективы и огромное желание американцев открыть новые рынки для бизнеса и туризма, а также инвестировать в чукотскую экономику, руководство Провиденского района и Чукотского АО, в силу объективных и субъективных причин, выгодной экономической ситуацией не воспользовались. Все бизнес-контакты свелись к челночничеству товаров с Аляски  российскими коммерсантами .

Огромным, тектоническим событием этого периода явилось разрушение системы "национальных резерваций". В СССР национальных резерваций не было. Де-юре не было,  де-факто они существовали - это были национальные сёла, большая часть которых была создана в 1950-е годы. Осознано или нет,  проводя национальную политику, советское руководство, стремилось сохранить национальную идентичность малых народов в условиях современной цивилизации. Единственный путь сохранения самобытности  -  концентрация этноса и создание условий для занятия традиционными промыслами. Уход в город или современный посёлок и включение коренного населения в производственные процессы - уже в следующем поколении выхолостит всю самобытность и "культурный код". Поэтому негласно проводилась политика привязки местного населения к селу и "непущание" в город. Разумеется, национальное село не было тюрьмой и жители могли свободного приезжать в города и посёлки и выезжать на материк, но устроиться на работу и получить прописку было максимально сложно. С другой стороны это было и не нужно, на селе была хорошо оплачиваемая работа и снабжение. В города и посёлки выезжали, преимущественно, интеллигенция и ответственные работники из числа коренных народов. В 1990-х эта, заповедная система рухнула. И в этот момент, не сразу, но постепенно, стало понятно, что без вливания больших бюджетных денег в самоидентичность, трудно быть коренным и вести традиционный образ жизни (условно традиционный). Эта неприятная и горькая правда в эпоху капитализма трансформируется в национализм. Не массово, но повсеместно начали раздаваться реплики: "Это наша земля, без вас нам было хорошо", "Уходите, вас здесь не стояло" и т.п. Одновременно начался процесс переселения части населения из сёл в райцентры Провидения и Лаврентия, где уровень социальных благ, зарплат и бытовые условия были выше, чем на селе.  Два мира,  познакомившиеся друг с другом более трёх веков назад, впервые встретились по-настоящему . Начался период трудного, сложного и непростого совместного общежития. В следующие десятилетия этот процесс продолжился, но с акцентированием не в сторону понимания общности интересов и невозможности существования друг без друга и вырабатывания тезиса "Мы (все проживающие) - жители Чукотки", а с национальным уклоном "Мы (чукчи,эскимосы) - жители Чукотки". Подобная национальная политика активно (хотя может и неосознанно) поддерживается региональной и федеральной властями, путём предоставления льгот и преференций коренному населению, приводит не к гармонизации, а усугублению межэтнических противоречий и закладке в будущее "этнической мины". Впрочем, на бытовом уровне публичных конфронтаций и проявлений национализма пока нет.

Общий итог десятилетия - глубочайший кризис во всех сферах жизнедеятельности.

"Жизнь продолжается": с 2000 г. до наших дней.

Выход Чукотки из структурного кризиса начался при администрации Романа Абрамовича. Модернизация экономики и инфраструктуры произошла в рекордные сроки - 5 лет. Модернизация коснулась всех сфер: образование, медицина, финансы, коммунальное хозяйство, жилищный комплекс, энергетика. Абрамович на Чукотке совершил чудо. Чудо было не только экономическим, но и социальным: у людей вновь появилась вера во власть. Но чудес, как известно, не бывает. Пиарщики Абрамовича, говорившие, что наша задача дать людям удочку, а не рыбу, на то и пиарщики, чтобы лукавить. Дали "рыбу". В общем и целом, успешно проведя модернизацию, "удочек" - средств производства, на Восточной Чукотке не появилось. Ремонт оказался косметическим.

Преемник Абрамовича на посту губернатора Роман Копин ситуацию не улучшил. Политика Копина в отношении Восточной Чукотки свелась к сохранению "статус-кво", что в условиях рыночной экономики означает стагнацию. Сложилась парадоксальная на первый взгляд, но объяснимая, с точки зрения социологии, ситуация - народ стал жить лучше, чем в предыдущий период, а недовольства больше. С одной стороны Копин это не Абрамович - во всех отношениях, с другой стороны - за два десятилетия существенно вырос запрос населения на уровень и качество жизни. В начале нулевых, благодарность народа можно было заслужить подарив мешок муки, в середине 2010-х уже нужен быстрый интернет и стабильность в авиаперевозках.

Кризис оленеводства 1990-х был купирован, но дальнейшего развития отрасли, в силу природно-климатических и управленческих факторов  не произошло. Отрасль сохранилась, но не в виде мясного животноводства, а как этнографический заказник. В сфере морзверобойного промысла дела обстоят не лучше. Модернизировав лодочный парк и гарантировав минимальную оплату труда, региональная власть, не создала условий для развития территориально-соседских общин. И оленеводство и морзверобойный промысел на 100% дотационы, без перспектив саморазвития и снижения издержек. Продолжающаяся патерналистская политика, усугубилась кадровым дефицитом, непрозрачными трансфертами и самое главное - отсутствием целеполагания. Оленеводство и морзверобойный промысел, за редким исключением - воспринимаются местным населением как профессии не почётные (потому что малооплачиваемые), в которые идут по остаточному принципу. Всё это приводит к ещё большему кризису традиционных промыслов и деградации отраслей.

Перспектива потенциального развития Восточной Чукотки за счёт развития горнодобывающей промышленности и/или иных производств была кардинальным образом пресечена созданием  национального парка "Берингия". Участки национального парка кластерно протянулись вдоль всего "торца России", охватив территории практически всех населённых пунктов, что помимо невозможности в будущем задействовать земли в хозяйственном использовании, привело к конфликтным ситуациям с местным населением.

Конфронтация России с США и "закручивание гаек" привели сначала к уменьшению, а затем и прекращению торгово-культурных контактов с первой экономикой мира и ближайшим соседом. Взамен этому...ничего.

С оттоком населения изменилась и демографическая картина Восточной Чукотки. Крупнейший населённый пункт - посёлок Провидения, свой статус сохранил, но "потерял в весе" почти 2,5 раза, численность которого теперь составляет около 2 тысяч человек. В связи с оттоком населения в центральные районы страны и, одновременно с этим, миграцией жителей сёл в Провидения, произошёл процесс "деревенизации" городского поселения. Это привело к тому, что Провидения  фактически перестал являться культурным центром Восточной Чукотки, как это было в доперестроечный период. Его превосходство перед другим райцентром - Лаврентия уже не так очевидно. К середине-концу 2010-х гг Провидения застрял на распутье: "ни село, ни город". Но судя по политико-экономическим тенденциям, процесс "деревенизации" будет продолжаться.

В два с половиной раза сократилась численность населения  и всей Восточной Чукотки - около 7,5 тысяч человек. Главное изменение в демографической ситуации на Восточной Чукотке произошло в национальном составе: доля не коренного населения впервые за полвека стала меньше, чем коренного: в Чукотском районе 20 на 80 процентов, в Провиденском районе примерно  50 на 50.

Существенным демографическим новшеством, проявившимся в постперестроечный период, явился факт "появления" старожильческого населения: второго и третьего поколения местного, но не коренного населения.  Продвигавшиеся (не гласно) в советское время тезисы: "Чукотка- это только место для работы", "молодость-Чукотке, старость - центральным районам страны", в период кризиса выявил их несостоятельность. За время освоения Чукотки (с 1950-х годов) у тех кто приехал на Север за "романтикой" и "длинным рублём" родились дети, которые воспринимают Чукотку как родину. Родиной считает Чукотку и часть приезжего населения, родившихся за её пределами, но за долгие годы жизни укоренившихся здесь.

Самый большой удар вызванный развалом СССР и перестройкой государственных целеполаганий, пришёлся на национальную культуру, в широком понимании этого термина. За два десятилетия количество свободно говорящих на чукотском языке сократилось до 20, в лучшем случае 30%, а эскимосского до нескольких десятков человек. Вымирание языков малых народов исторически обусловленный процесс, который происходит во всём мире. Принято считать, что процессу вымирания национальных языков способствовала не правильная национальная политика во времена СССР. Но объективная реальность, говорит об обратном: благодаря искусственной резервации национальных сообществ и целому комплексу культурных мероприятий,  язык чукчей и эскимосов удалось сохранить до конца ХХ века, ровно как и большую часть культурного наследия. Но эта же искусственность в сохранении сыграла злую шутку - без "советских ежовых рукавиц" национальная культура и самоидентичность в два десятилетия "сдулась" и к настоящему времени сохранились в виде нескольких фольклорных коллективов и нескольким десятков активистов, ревнителей национальных языков и культуры.

Сегодня Восточная Чукотка живёт стабильно: ни развития, ни острого кризиса. Сегодня это самый высокодотационный регион Чукотки.  Зарплаты у большей части населения небольшие, но  выплачиваются стабильно, товары и продукты в магазинах в ассортименте, школы и больницы худо-бедно работают, население медленно сокращается.

Этот цикл постов о Восточной Чукотке был историческим экскурсом, перед главой темой - а что дальше? Впрочем, нет не так. Из нескольких сценариев исторического процесса, которые возможны на Восточной Чукотке меня интересует вариант развития. Как и что нужно сделать чтобы сценарий развития состоялся? Об этом в следующем посте.

Tags: история Чукотки
Subscribe

Posts from This Journal “история Чукотки” Tag

promo basov_chukotka july 20, 2018 03:09 5
Buy for 100 tokens
Книга о путешествиях должна путешествовать. И она путешествовала - шесть часов ехала на машине из Нижнего Новгорода до Москвы. Затем семь дней на поезде из Москвы во Владивосток. Потом её погрузили во Владивостоке на сухогруз и десять дней она плыла по морю в Анадырь. Сколько книга о…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 13 comments