Евгений Басов (basov_chukotka) wrote,
Евгений Басов
basov_chukotka

Лит.минимум

     Не ошибусь если скажу, что одним из первых литературных жанров появившийся с возникновением письменности были записки путешественников или, как метко их называли на Руси «хожения». Быть может и сама письменность появилась благодаря потребности людей сообщать увиденное в заморских землях. «Хожения» были самым популярным жанром всех времен и народов. Значительно позже появятся беллетристика, детективы и фантастика, которые впрочем, уже тогда разноцветными историями были вплетены в записки путешественников. Волновало современников и отвага путешественников, и диковинные животные, и призрачные богатства заморских стран. Прошло уж более 5 тысяч, но ничего по сути не изменилось. Люди по-прежнему пишут о путешествиях. Хотя казалось бы всё давным-давно открыли и исследовали.

   Меня как человека увлеченного путешествиями в таких произведениях притягивают не столько пройденные километры и экстремальность путешествий сколько железная воля человека. Читаешь и недоумеваешь, ну как такое может быть? Как человек может вынести такие испытания? Затем тебе попадается другая книга, в которой другой путешественник рассказывает о еще более необычайных примерах человеческого духа. Это герои своего времени, кто очень известный, кто менее, но каждый из них безусловно собирает свою армию последователей, которые спустя годы и десятилетия вновь идут за горизонт в поисках неизведанного.
   В силу того что на сегодняшний момент круг моего туристического интереса не выходит за рамки Чукотского автономного округа, привожу дайджест пяти книг о путешествиях по Чукотке, которые больше всего меня поразили. Своего рода литературный минимум путешественника по Чукотке. Моя великолепная пятерка составлена по степени прочтения нижеуказанных произведений:
     1. М. Галкина «Одна на краю света».
Марина Галкина – московская туристка в 1998 году совершившая пеше-водный маршрут от Анадыря до с.Биллингс. В этой книге поразило меня очень многое: во-первых то что человек ни разу не бывший на Чукотке, можно сказать с кандачка решил пересечь ее, причем не в самом удобном месте. Во-вторых, одиночный поход. В третьих, отсутствие какого-либо оружия. В четвертых, путешествие из Москвы до Анадыря и возвращение в Москву автостопом! Ну и в пятых, всё это сделала женщина! Книга описывает все административно-бытовые трудности жития на Чукотке в конце 1990-х. Подробно изложен маршрут и снаряжение. 120 страниц текста читаются в один присест. После прочтения этой книги мой первый серьезный 100 км. маршрут по Золотому хребту показался мне походом выходного дня.
«В путешествии поставлено несколько личных рекордов: за два месяца своим ходом в одиночку я прошла чуть больше 1000 километров (1055 без коэффициента извилистости), ровно три недели находилась в условиях полной автономности (не встречала людей, а рации у меня не было в принципе), на транспортные расходы (включая перелеты Москва-Анадырь) потратила 13 рублей и… полтора месяца не мылась. За этот переход Чукотки мне было присвоено звание Чемпиона России по спортивному туризму в классе путешествий за 1998 год.».
Ну вот что еще можно добавить? Молодец!

   2. Ф.Врангель «Путешествие по северным берегам Сибири и по Ледовитому морю совершенное в 1820,1821,1822, 1823 и 1824 гг.».
    Эта книга о тех временах, когда фамилиями путешественников писалась географическая карта Земли. Это тот самый Врангель в честь которого назван самый большой остров Чукотки. В 24 года Врангель возглавил научную экспедицию целью которой было исследование берега Ледовитого океана от Колымы до Колючинской губы на протяжении 35 градусов долготы. Говорить о научной ценности книги не приходиться, свой более чем 300 страничный «доклад» он писал 17 лет. Поражает упорство с которым, он в течении трех лет пытался пробиться к неведомой земле, которую позже назовут его именем. И это в те времена, когда не было речи ни о специально снаряжении, ни о высококалорийных сублимированных продуктах. И тем более не было никаких перевалбаз. В книге много гоеграфической информации и очень мало описания экспедиционного быта.
«Сильный западный ветер, затемнявший воздух метелью, не позволял нам, однакож, предпринять немедленно дальнейшее путешествие к северу. Ночью на 18-е число ветер перешел к WNW, постепенно крепчая, превратился в шторм и разломал около нашего лагеря лед. Мы очутились на большой льдине, сажен пятьдесят в поперечнике. От сильного ветра лед с шумом трескался, щели расширялись и некоторые простирались до 15 сажен ширины. Льдина, на которой находились мы, носилась по морю. Так провели мы часть ночи в темноте и ежеминутном ожидании смерти. Наконец, наступило утро, и ветер сплотил нашу льдину с другими, так что вечером 18 марта были мы снова на неподвижной ледяной поверхности. Море под нами было в 19 сажен глубиной при глинистом грунте.»
100 метровая льдина вся в трещинах в штормовом зимнем море, которая может за считанные минуты рассыпаться, а Врангель измеряет глубину моря! Ну вот как это? Чтобы вы сделали после такой свитопляски? Правильно повернули бы упряжку и алга до дома! А что сделал Врангель? Замерил глубину, снял метеонаблюдения и алга дальше землицу неизведанную искать. Отважно до безрассудства. А ирония судьбы заключалась в том, что он вышел на широту острова. Только в 150 км. западнее.
    3. А. Харитоновский «ЧЕЛОВЕК С ЖЕЛЕЗНЫМ ОЛЕНЕМ. Повесть о забытом подвиге.»
Когда мне впервые вкратце рассказали о Глебе Травине я не поверил. Нет ну вяское бывает, женщина одна через всю Чукотку идет, люди в экспедициях по несколько лет живут. Но, чтобы на велосипеде по Севморпути! Бред. А потом наткнулся на книгу журналиста Харитоновского, который в конце 1950-х годов написал повесть о «сверх настоящем человеке».
"Г. Л. Травин с 10.Х.1928 по 24.Х.1931 года совершил переход на велосипеде вокруг СССР в 85000 километров, включая Великий Северный путь до мыса, Дежнева, где и установлен знак в ознаменование данного перехода.
Областной комитет по делам физкультуры и спорта".
Так сообщала итоговая запись в паспорте."

85000 км.!!! И это все в одно путешествие. Это самый большой и сложный велопробег за всю историю. Тем более на велосипеде двадцатых годов. Тем более по дорогам России! Тем более, по бездорожью России! Казалось бы эти цифры говорят обо всём. Когда прочитаешь книгу понимаешь, статистика ни о чем не говорит. Не смогут цифры рассказать, как заснув однажды в трещине на льду Травин проснулся скованным льдом, как самостоятельно он несколько раз ампутировал пальцы ног, как проваливался в наледи, голодал и замерзал. Несколько лет назад один француз на собаках в течении трех или четырех лет ехал по севморпути. Уезжая на лето домой. Оснащенный новомодной снарягой и питанием. Так его экспедицию освещали как беспримерный подвиг. В таком случае хочется спросить, как тогда квалифицировать путешествие Г.Травина? Прочитав книгу очень хочется сказать не верю, такого не может быть! Но автор знает читателя и приводит в доказательство примеры своего «журналистского расследования»: встречи с очевидцами, письма и фотографии людей, которые помнят человека с железным оленем спустя 25 лет после его путешествия.
4. К. Расмусен «Великий санный путь».
Эта единственная книга не о путешествии по Чукотке. Хотя начинается повестование в книге именно с  Чукотки. В Уэлене, конечной точке путешествия великого гренландца Кнуда Расмусена. Зачем тогда я ее включил в этот список? Великий санный путь Расмусена это 18 тысяч километров на собачьих упряжках от Гренландии до Чукотки. Он не был одинок. Вначале его экспедиции было несколько датчан и эскимосов. Потом экспедиция разделилась и он остался с двумя эскимосами продолжая идти к своей цели. А вот цель экспедиции настолько достойна уважения и настолько не похожа на цели всех предыдущих путешественников, что в моем «топе» она занимает заслуженное место. Расмусен изучал жизнь самого северного в мире народа – эскимосов. Может показаться, что это обычная этнографическая экспедиция. Однако, когда читаешь великого гренландца понимаешь, что наукой здесь «пахнет» меньше всего. Он не просто описывает быт и обычаи эскимосов, он сам живет их жизнью. Ему и привыкать особенно не приходилось, потому как его бабушка была эскимосской и когда он поехал учиться в Данию, то датский язык знал значительно хуже эскимосского. О собаках, собачьей упряжке написано много, но так как он пожалуй не писал никто.
«И меня охватывает горячее чувство благодарности нашим терпеливым, неприхотливым собакам. Мы трудились, выбивались из сил с ними заодно, работали дружно, как только могут работать живые существа, помогая друг другу то в борьбе с труднопроходимыми торосами, то в дикой погоне за охотничьей добычей; всего же веселей, когда голодные осунувшиеся с тоски по мясу, завидим, бывало, вдалеке стойбища, пахнущее неведомым еще людом! Теперь, когда я оглядываюсь на события своей жизни, выходит, что все складывалось как-то естественно. И моя благодарность саням с собачьей упряжкой переходит в благодарность моему гренландскому детству. Сани были моей первой настоящей игрушкой, и с санями я решил главную свою жизненную задачу. Моим родным языком был эскимосский, которому другим полярным исследователям необходимо было сначала научиться; я жил одной жизнью с гренландскими звероловами, и поездки и путешествия даже в трудных полярных условиях были для меня обычной ествевственной формой труда.» .

5. Г.Ушаков «Остров метелей», «По нехоженой земле».
Самый большой остров Чукотки – остров Врангеля. И на всех картах Магаданской области советского периода единственным населенным пунктом на острове было село Ушаковское. Я знал, что село названо в честь Ушакова, который был то ли председателем местного Совета, то ли большевиком. И вот совсем недавно нашла меня книга Ушакова. Вот здесь как нельзя более к месту поговорка – лучше поздно, чем никогда. Величайший человечище! В 25 лет не имея законченного регулярного образования убедил комиссию о назначении его руководителем группы колонистов острова Врангеля. Человек, который родился и вырос в тайге, убедительно доказал, что сможет организовать первую колонию (в первоначальном смысле этого слова) на необитаемом арктическом острове. И если вначале понимаешь, членов комиссии, которые скептически относились к его кандидатуре и саморекламе, то итоги его деятельности уже ни у кого не вызывают сомнения. 3 года он и 60 колонистов- эскимосов автономно выживают в условиях полной изоляции от внешнего мира. И не просто выживают. Ушаков умудряется проводить научную работу. И после трехлетней автономки еще на острове у него рождается план изучения Северной земли, последнего крупного географического открытия на Земле. В то время лишь небольшая часть Северной земли нанесена на карту, еще никто не знает, ее площади, характеристики, тем более нет ни одной карты. Вместе с 3 товарищами, которых он тщательно подбирает, на 2 года уходит в свою очередную автономку. И вот здесь понимаешь, что означает слово «характер». Задачей экспедиции было нанести на карту Северную землю. Это есмь аз и это есмь ять экспедиции. Задачу поставила Партия и во что бы то ни стало ее надо выполнить.
«Наш купальный сезон.
30 июня 1931 года. Выход из залива замыкала сплошная стена высоких торосов. Она шла почти по прямой линии с мыса на мыс. Вдоль этой гряды со стороны залива мы и направили свой путь. Тянул еле заметный ветерок. Яркое солнце и ясное небо не предвещали никаких неожиданностей. Сани скользили легко и караван быстро прошел примерно половину залива. Здесь то и настигла нас беда. Береговой ветер неожиданно засвежел. Он усиливался буквально с каждым мгновением и уже через 10 минут превратился в шторм. Вода покрывавшая лед, под бешенным напором ветра пришла в движение. На льду зажурчали ручьи, потом потоки. А ветер свирепел-свистел, бесновался и гнал воду дальше, пока не ее пути не встала облюбованная нами гряда торосов. Встретив преграду, вода начала быстро скапливаться. Уровень ее поднимался, а площадь расширялась все больше. Озеро, растущее на глазах преградило нам путь. …..Подав команду Урванцеву гнать упряжку против ветра на мелкое место, я начал поворачивать свою. Но даже удержать ее было трудно. Плывущих собак и сани ветром и течением воды тянуло в глубь озера. Несчастные животные подняли визг, полезли друг на друга. Видя, что это не помогает, они начали взбираться на плавающие сани. Когда наконец удалось повернуть сани, вода доходила мне почти до плеч. Собрав все силы, мы вытянули упряжку против течения на мелкое место…. Распустив собак мы вышли на берег. …Поставили палатку. Хотели переодеться, но убедились, что переодеваться не во что. Вода просочилась в мешки и промочила запасную одежду. Разделись, выжали одежду и снова надели на себя. Утешили себя шутками о полезности компрессов.» .

И в первой и во второй книге понимаешь, что автор и его спутники постоянно находятся на грани: то их чуть не оторвало на льдине, то чуть не провалились в ледник, то еще что-нибудь, но это всё пустяки. Главное выполнить цель. И цель надо выполнить не завтра, в более благоприятных условиях и снаряжении, а именно сейчас. Именно в те годы я думаю родился знаменитый лозунг геологов следующего поколения «Сделай или умри!». На редкость легко читаемая книга, полная мельчайших описаний быта и нюансов арктических путешествий и юмора.
     Конечно на этом маленьком списке не заканчиваются люди достойные подражания и восхищения. Тем более никогда не закончиться книги повествующие о путешествиях и путешественниках.

Tags: книги о Чукотке
Subscribe
promo basov_chukotka february 15, 2017 11:35 13
Buy for 40 tokens
Книг о Чукотке не много. Ещё меньше можно свободно купить. "Сердце Чукотки" - редкое исключение, она по прежнему есть в свободной продаже и её можно приобрести. Не в магазине, заказать по почте. О чём книга? Об Анадырском крае - большой географической области, расположённой в…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments