Евгений Басов (basov_chukotka) wrote,
Евгений Басов
basov_chukotka

Один день из жизни чукотских оленеводов. День




Чёткой временной границы между утром и днём в стойбище нет. Условная граница проходит между первым и вторым завтраками. Жители стойбища, по сравнению с офисными работниками - счастливые люди. У них нет строго распорядка дня, запротоколированных служебных обязанностей и надзирающего ока сурового начальства. Это свободные люди, во всех смыслах этого слова. Их главная задача - жить. И все действия жителей стойбища направлены на реализацию этой не хитрой, но очень сложной задачи.


Жизнь в тундре без оленя не возможна. Поэтому вся жизнь "крутится" вокруг стада. Рядом находится стадо или  далеко не важно, важно его сохранить и приумножить. Поэтому ежедневно в стадо на дежурство отправляются пастухи. На взгляд обывателя работа пастуха не хлопотная: знай себе ходи вокруг стада и отпугивай своим видом или ружьём хищников. Разумеется это не так. Пастух это военный стратег. Его солдаты - олени. Против оленей в тундре "воют" два главных "врага" - погода и хищники, при чём воют в тандеме. Задача пастуха-стратега сберечь свою армию. По большому счёту олени выживут и  без человека. Пусть не в таком количестве и не в этом месте. Но вот человек без оленей в тундре не выживет. Поэтому нужна стратегия. Над вершиной дальней сопки начали кружиться облака - жди завтра пургу. Нужно увести стадо в такое место, где есть необходимый корм и чтобы олени не разбрелись, потому что не дай бог волки, а волки обязательно в пургу будут, олени в панике разбегутся. Значит  нужен распадок,  но не абы какой, а закрытый от грядущей пурги. Но с пургой не так сложно, как в целом угадать место зимней кочёвки. Будет или нет гололёд в тех местах, куда приведёшь стадо? Летом нужна своя стратегия от овода и грибов. От первых олени щимятся куда глаза глядят, ко вторым наоборот бегут как потерпевшие. Ходи потом, собирай их по всей тундре. Кормовая база, где что растёт - важнейшая летняя забота оленевода. Ягель всем хорош, но зимой, летом оленю нужна травка, причём разная в разные месяцы от этого зависит упитанность стада. Очень много нюансов в работе оленевода. О них редко говорят, это как само собой разумеющееся. Многие оленеводы даже и объяснить толком не смогут для чего они делают то или иное действие, оно в подсознании, на уровне рефлексов и интуиции, "нужно туда" или "нужно делать это".

Но в стаде на дежурстве всего один или два пастуха. А что же делают остальные? Правильный ответ - создают комфортные условия жизни в тундре. Или пытаются это делать. На вопрос почему эти люди счастливее офисных работников ответить просто, их работа не связана с абстрактным делопроизводством - основание пирамиды Маслоу: еда, тепло, безопасность. В переводе на язык действия: приготовить еду, принести воду и дрова, починить одежду и жильё. Выполнять эту работу может быть физически сложно, но испытываешь от этого удовлетворение, а главное не возникает вопрос: зачем это нужно? Стоит всего на пару дней забить на эти "милые хлопоты", как качество жизни окажется на нулевой отметке.

В стойбище две яранги и дом. Это три автономные хозяйственно-бытовые единицы. Это своего рода конфедерация, каждый живёт автономно со своим уставом и правилами.  Общее у членов конфедерации - выставлять рекрутов-оленеводов для окарауливания стада.  Главой каждой хозяйственно -бытовой единицы является хозяйка (яранги или дома). В яранге может проживать и несколько женщин, но одна будет всё равно старшей. Женщина следит за жилищем, занимается починкой одежды и стиркой, готовит еду и иногда пилит мозг своему мужчине. Женщина она и в тундре женщина.

Мужчины в стойбище это не грозные воинственные чингачгуки, живущие по чукотскому домострою, а очень смирные, порой кажется что даже "затюканные" обитатели яранги (дома). Равноправия в тундре нет и быть не может. Стойбище - женское царство, стадо - мужское. И ни одна из сторон во вменяемом состоянии не будет претендовать на лидерство на чужой территории. Но ценность мужчины в традиционной среде обитания всё же выше, чем женщины. Поэтому в жилище, пусть даже  и формально, мужчина является главой. Это главенство, в первую очередь, в части "последнего слова", это право остаётся за мужчиной. Но правом эти мужчины пользуются крайне редко.

Женщина в жилище - генерал. Мужчины на подхвате. Лёд и дрова - мужская обязанность.  Строгих распределений обязанностей между мужчинами в одном жилиье в выполнении той или иной работы нет. Один может всегда носить лёд, другой дрова (ветки). Регулярность работ тоже не регламентирована, особенно в части дров. Они нужны всегда. Деревья на восточной Чукотке не растут, поэтому "по дрова" ходят в кустарниковые заросли. Наличие кустарника является ключевым фактором в выборе места для стойбища. Вода при этом - по умолчанию, потому что кустарник растёт исключительно вдоль рек. Наломать дров при "дровяной повинности" на Чукотке не получится, потому что в дело идёт только  хворост - сухие ветки. Заготовщик прочёсывает кустарник в поисках сушняка. Всё это складывается в охапку, верёвкой, длиной в пару метров, связывается особым образом (подобная скрутка имеет своё чукотское название, но я его не запомнил). Верёвка связывается определённым образом, так что спереди остаётся небольшая петля. Охапку  поднимают с земли лёжа, продев петлю через голову и закрепляют на груди. Руки при этом получаются свободными. Так как сушняка, да и в целом кустарников вокруг стойбища ограниченное количество, расходуют их экономно. Пионерских и даже туристических костров у оленеводов вы не увидите. Даже если они собираются уходить, а собранных веток будет целая гора,  жечь их  они не будут. Оставят их  впрок, "на потом". Даже если  они сюда не  придут. "После нас хоть потоп" - это не про людей тундры.

2. Кустарниковый "лес"


3. Чукотский способ переноски сушняка



С водой зимой просто - её надо колоть. В смысле колоть лёд. Снег для растопки не годится, слишком низкий КПД. Льда можно принести много и впрок, сложив куски льда  возле яранги (дома). Лёд для растопки будет мелко наколот, кусочками не больше спичечного коробка. Так он быстрее растает. В доме постоянно работают две керогазки, поэтому с водой в доме проблем нет. Её специально не топят. Просто заносят лёд сгружают в бидоны из-под молока (36 литров) и он постепенно тает. Такая мелочь, как большое тёплое пространство, в условиях тундры является огромным достижением цивилизации облегчающим жизнь, как хозяйке, так и всем её обитателям. В яранге с наличием большого количества воды проблематичней. Тепло в яранге только в пологе, небольшом помещении 2х3 или 2х4 метра. В пологе спят, а в холодное время года там и едят. В пологе тепло также как и в доме, но беда в маленьком пространстве, в котором отсутствует место для лишних вещей. Поэтому вода плавится в чайнике подвешенном над жирником или свечкой.

4. Степан колет лёд



Понятие чукотская кухня весьма условно. Высокой кулинарии в тундре не было, да и не могло получиться. Блюда разумеется есть и большей частью это разная степень обработки мяса оленя. Оленина бывает только варёной, всё остальное: жаренная или запечённая от лукавого. В этом догматизме не только вкусовой детерминизм, но и исторические предпосылки - сварить энергетически проще, чем пожарить, особенно когда отсутствовали сковородки и кастрюли (для правильной прожарки нужны хорошие дровянные угли, маленький чукотский костёр и толстый слой углей - антогонисты). К тому же жаренная пища - не живая. Оленину всегда варят "с кровью": сверху приваренная, внутри сыроватая. Современная кухня в тундре изобилует блюдами советской поваренной книги: пловы, рассольники, борщи, щи, макароны по-флотски и т.п. Овощные ингредиенты извлекается из банок с аналогичными названиями на этикетках. И если турист-этнограф в первые два дня просит исключительно традиционные чукотские блюда, т.е. варёную оленину, то через несколько дней первым тянется за добавкой классической советской столовки. Кроме оленины очень котируется  рыба и дичь: зайцы, птица, баранина. Не часто, но регулярно оленеводам привозят мантак, копальхен, нерпятину и другие вкусности с побережья, чему оленеводы рады не меньше, чем морзверобои оленине. Хлеб в тундре, такая же насущная пища, как и в городе. Хлеб могут печь в формах, но чаще всего его заменяет выпечка: ландорики или каупаты - из дрожжевого теста или кав-кавы - из пресного. По форме, изделия из дрожжевого теста, могут быть в форме толстых лепёшек или пончиков.

5. Тоня готовит ужин


6. А зайцы в ближайшее время едой оленеводов не станут. Патронов нет


Если есть дрожжи, то... Да, гонят. Алкоголь - очень больная тема на Чукотке. О ней говорят либо в крайнем негативе, либо не говорят вовсе. Особенно, что касается алкоголя в тундре. Оленевод - не святой, он тоже человек. И выпить любят все, может быть за малым исключением. Алкоголь в тундре бессмысленен и беспощаден, как и окружающая действительность. Также бессмыслены и разговоры, кто принёс алкоголь на Чукотку. Алкоголь - это такое же благо и зло цивилизации, как спички, огнестрельное оружие, лекарства, продукты длительного хранения, техника. Алкогольные напитки (водка, брага, спирт, денатураты, одеколоны) в тундре пили и будут пить. Это не хорошо или плохо это факт. Алкоголь в тундре это одно из немногих развлечений, как бы странно это не звучало. Один день в тундре прекрасен, "день сурка" нет. И алкоголь один из тех знаковых моментов в жизни тундровиков, как приезд вездехода, встреча новых людей (что почти одно и то же) и побывка в посёлке - все эти события являются красными днями в календаре. Это вехи отмеряющие единообразный образ жизни.

Рыбалка - одно из любимейших занятий оленеводов. Заприметив по осени речные ямы, со становлением реки тундровики начинают их искать. Летом рыбалка богаче и интересней, зимой ловится "форелька" - ручьевой голец, чуть больше указательного пальце длинной. "Шмакодявки", как говорит Айпоп.

Однажды Айпоп на яме поймал две крупных мальмы, килограмма по два каждая. У мужской части стойбища начался зуд. Обычно на рыбалку отправляются после второго завтрака и могут рыбачить без обеда до ужина. Но чаще рыбалка занимает два-три часа. Ранняя весна уже почти вскрыла Чаатамье. Мы с Айпопом идём на его яму. Это может быть последняя в этом сезоне рыбалка, так как с каждым днём льда на реке становится всё меньше. Так и оказалось. Остался единственный снежный мост через реку. Единственный на яме. Чуть позже на рыбалку пришли Шаман, Елизар и Алёсик. Шмакодявки никому не интересны, все ждут мальму, которая весной скатывается в море на нагул. Но мальма торпедой  пролетает возле снасти. Клюёт только мелочь. Шаман примастился на снежном выступе, который повис над ямой. Несколько дней назад я там поймал хороший полутора килограммовый экземпляр. Шаман увлёкся рыбалкой и, как следствие, оказался в воде. Благо выступ был не над самым глубоким местом, всего по пояс. Но купание в одежде не приятно. Хорошо, что весна, тепло на улице.

7. Айпоп собрался на рыбалку


8. Степан и Лёха рыбачат на трещине


9. Шмакодявки (ручьёвый или карликовый  голец)


10. Улов


11. Айпоп на "крайней" яме. В этот день он утопит здесь чумичку (поворёжку), когда будет вычёрпывать  из лунки шугу


12. Шаман над ямой


13. Через полчаса лёд под Шаманом провалится


Уже несколько дней на улице держатся плюсовые температуры. Поле вокруг яранг растаяло и начался "паводок", яранги начало подтапливать. Воды не много, но с ней нужно бороться. Подол яранги поднимается, изнутри достаются мешки с продуктами и вещами и выкладываются на просушку на стеллажи, устроенные на бочках. Нужно что-то делать с лужей возле входа в ярангу. Айпоп берёт в руки ломик и долбит канавку. Полностью осушить лужу не удалось, но воды стало заметно меньше. Ещё через два дня лужа исчезнет.

14. Айпоп долбит канавку для спуска воды


15. Вытаскивают вещи на просушку


16. Шкуры на просушке


Пока тепло и нет ветра можно заняться починкой летней покрышки яранги. "Я её слепила из того что было"  или "бабушкино одеяло"- это про летнюю покрышку от яранги. Покрышка, как и яранга достались Галине ещё от бабушки. Порезы и рваньё тщательно зашиваются с наложением лоскутов. Основной материал покрышки - брезент, но за неимением оного в ход на заплатки идёт всё, от курток до баннеров содранных пургой и привезённых из Провидения. По хорошему,  раз в несколько лет, покрышку нужно менять. Но покупать брезент придётся за свои деньги, предприятие на это денег не даёт. Да и в свободной продаже брезента в таком количестве нет. Его нужно заказывать в навигацию из Владивостока. В общем, покрышка эта будет служить ещё не один десяток лет. Пока Галя чинит покрышку мы с Шаманом распутываем верёвки из такелажной сетки. Сетку во время шторма выбросило на берег, а потом её привезли в бригаду. Починка покрышки займёт не один день. Время ещё есть, лето наступит не скоро.


17. Покрышка (половинка, их на яранге две)


18. Галина ремонтирует покрышку


19. Шаман распутывает сетку на верёвки


После обеда Толян и Ёжик вновь пытаются реанимировать генераторы. Их два и оба не работают. Это уже не первая попытка их починить. Шайтан-машина уже три раза была перебрана, но выдавать напряжение отказывается. Елизар нашёл какую-то пружину и нарезает из неё колечки для цепочки или брелка, он ещё не решил что это будет. Потом, когда  батарея на телефоне разрядится, от прослушивания музыки, он садится за динамо-машину и часа два заряжает телефон. Лёха меня обучает собирать аркан "провиденским способом". До этого я знал "амгуэмский" и думал, что это единственный способ  правильно его собрать. Лёха объясняет, что способов несколько и каждый оленевод собирает как ему показали в детстве. Событийный минимализм и огромное количество свободного времени - верные спутники занятий  по конструированию или ремонту чего бы то ни было.

20. Толян и Ёжик ремонтируют генераторы


21. Елизар занимается "рукоделием"



22. Зарядка телефона при помощи динамо-машины


Ежедневным развлечением является выход в эфир -  слушание рации. Собственно в эфир мы не выходим, то есть попытки делаем каждый день, но контора нас не слышит, как и мы контору.  Приезжал директор, сказал, что нужно покрутить антену. Антену крутили и так и сяк, но толку ноль. Есть подозрение, что дело в рации в конторе. Зато мы (и нас) слышим всю Чукотку. Рация здесь вместо телевидения. Кого-то слушающие знают, но большая часть им не знакома. По делу в эфирных выходах говорят пару минут, потом обо всём на свете, но больше о личном:

- Как Зоя?
- Нормально.
- А Лёха как?
- Тоже нормально, приехал. Как у вас погода?
- Нормально, дует маленько, а у вас?
- Тоже дует.
- Ленка хорошо учится?
- Да, нормально.

Вся Чукотка сидит вокруг своих раций и слушает. И радуется, что у Лёхи с Зоей всё нормально и что Ленка хорошо учится. А вот что "маленько дует" это не очень хорошо. При чем, где дует не важно, потому что "маленько",  по-чукотски,  в эквиваленте  белого человека уже пурга.

Неожиданно в эфире звучит женский голос. По контексту понимаю, что это Мухаморка, метеостанция в центре Чукотки. А у рации - Настя Красноштанова. С ней и её мужем Андреем, начальником метео, молодой супружеской парой, я познакомился в прошлом году, на сплаве. Чёрт подери, это ж надо, Мухаморку слышу - фантастика! У меня с собой есть спутниковый телефон и я могу позвонить хоть в Калининград, но это не так удивляет, как этот голос доносящийся из усть-бельской тундры. И мне всё равно о чём говорит Настя, просто сижу и слушаю. Если Настя говорит, значит у них там всё нормально. Также нормально как у Лёхи с Зоей.  Слушаю с улыбкой на всё лицо. Потом я буду показывать оленеводам фотографии с телефона сделанные на Мухоморке, а они будут удивляться деревьям в два обхвата растущих там. А Провидения, как вчера, так  и завтра мы не услышали...




продолжение следует



Tags: Провидения, оленеводы
Subscribe

Posts from This Journal “оленеводы” Tag

promo basov_chukotka february 15, 11:35 12
Buy for 40 tokens
Книг о Чукотке не много. Ещё меньше можно свободно купить. "Сердце Чукотки" - редкое исключение, она по прежнему есть в свободной продаже и её можно приобрести. Не в магазине, заказать по почте. О чём книга? Об Анадырском крае - большой географической области, расположённой в…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 40 comments